Этот Байден и эта демократия сломались. Несите следующих
Глубинное государство властвует, а на всяких Байденов, Шольцев, Трюдо с их порой удивительными качествами просто не нужно обращать внимания
Байденовские ляпсусы (причем в обоих смыслах латинского слова: и в буквальном — «упавший», и в переносном — «опять сморозивший нечто несообразное») все менее занимают и американскую, и мировую публику.
В конце концов, грех смеяться над больными людьми, напоминает колумнист РИА Новости.Когда Байден недавно поделился планами «построить железную дорогу от Тихого океана до самого Индийского океана», никто особо и внимания не обратил.
Все уже привыкли.
В том, что он тяжело болен — как физически, так и умственно, — мало кто сомневается.
Разве что его пресс-секретарь Карин Жан-Пьер, не устающая повторять, что президент США находится в самом расцвете сил.
Так у нее служба такая бы вы хотели, чтоб она говорила?И зрелище, конечно, печальное.
Многим доводилось видеть, как близкий человек, еще недавно бывший крепким и бодрым, на глазах превращается в руину.
И на ногах не стоит, и несет невесть что. Мечтающим о сверхъестественном долголетии стоит помнить, что мафусаиловы веки и такими бывают.Но дело не в одной скорбной судьбе Байдена.
Тем более что сегодня много и даже слишком много высокопоставленных западных политиков — взять хоть воздушную гимнастку Анналену Бербок (по совместительству главу МИД ФРГ) — вызывают только один недоуменный вопрос: «Что это?"Высокая цена победы над Россией: НАТО вошла в режим самоуничтоженияНе в том смысле, что они нам неприятны и даже прямо враждебны.
Политик не червонец, чтобы нравиться всем. А в том, что интеллектуальные, профессиональные, etc. качества находятся совсем уже ниже плинтуса. «Как же он служил в очистке?» — принято спрашивать у нас в таких случаях.
И обрушивается работавшее около века, если не больше, оправдание демократии: мол, у нас, в России, в достижении высоких постов работают всякие малопонятные и даже малоприличные механизмы, тогда как на демократическом Западе — совсем иное дело.
Там при наличии свободной политической конкуренции соревнуются таланты.У кого талантов (и опыта, и знаний, и умения обращаться с людьми) больше, тот и побеждает. Естественный отбор.
Причем не отрицательный, как у нас, а, напротив, положительный.Тогда как сегодня при взгляде на евроамериканский политикум утверждать, что механизм отбора действует и действует превосходно, получается с очень большим трудом и даже вовсе не получается.
А ведь в годы перестройки и даже потом, когда преподаватели научного коммунизма стали знатными политологами, реклама соревнующихся талантов заходила на ура.
Но все не вечно.И теперь для объяснения феномена Байдена, Анналены, etc. приходится пускать в действие второй эшелон обороны.Бить или не бить: на кону применение ядерного оружияРаньше предполагалось, что политик побеждает в борьбе за власть, так как он особенно богато наделен способностями.
То есть его личностные свойства очень много значили.Собственно, по инерции это предположение действует и теперь: рекламный предвыборный плакат представляет кандидата, который и умен, и пригож, и на всякое дело горазд.
Но потом, когда победивший политик становится у кормила власти и начинаются вопросы «что это?», следует ответ: «Да ничего».Как учат передовые политические мыслители, дело не в личности, а в институтах.
Если функционирование институтов (разного уровня и разной природы) идет нормально, то государственная машина работает на автопилоте, а личности первых лиц не имеют значения.В том и гениальность американской демократии, что президентом США может быть хоть кобель рябый.
Или его место может вообще пустовать — ничего не изменится.Правда, Дональд Трамп во время своего пребывания в Белом доме находил такой порядок отнюдь не гениально устроенным, но совсем наоборот.
Он рассуждал о «глубинном государстве» и «вашингтонском болоте» — так он называл силу институтов — и обещал: «Мы это дело поломаем».Но не поломал и теперь ожидает судебного процесса, где ему светит до 400 лет тюрьмы. Если будет даже и меньше — всего лишь 100, то все равно очень много.
Глубинное государство может за себя постоять, и если дело дойдет до серьезного, то свойства стираемой в порошок личности не имеют никакого значения. С институтами не шутят.
В Китае не отмечают юбилей Си ЦзиньпинаПри такой модели властвования и вправду качество политических фигур не принципиально.
Что мы и наблюдаем.
Если придерживаться философии крайнего политического прагматизма — It works, то есть «пока что работает, и чего вам еще нужно?» — то действительно не нужно ничего.
Глубинное государство властвует, а на всяких Байденов, Шольцев, Трюдо с их порой удивительными качествами просто не нужно обращать внимания.
В глубинном государстве — если оно, конечно, существует — знают лучше.А если не существует (есть и такой вариант), то просто все идет как идет. Порой идет постыдно — так ничего, перетопчитесь.
Можно принять и такой прагматичный подход: «Чай, не дворяне».Но тогда непонятно, зачем вообще нужна представительная демократия, кандидаты, выборы, etc. Стоит дорого, а в результате получается Байден с Анналеной.
А уж продавать такую модель на экспорт — кто же ее купит?Так заканчивается поначалу легкое и удобное «кого захотим, того и поставим».
сарчашма:sputniknews.ru
Байденовские ляпсусы (причем в обоих смыслах латинского слова: и в буквальном — «упавший», и в переносном — «опять сморозивший нечто несообразное») все менее занимают и американскую, и мировую публику.
В конце концов, грех смеяться над больными людьми, напоминает колумнист РИА Новости.Когда Байден недавно поделился планами «построить железную дорогу от Тихого океана до самого Индийского океана», никто особо и внимания не обратил.
Все уже привыкли.
В том, что он тяжело болен — как физически, так и умственно, — мало кто сомневается.
Разве что его пресс-секретарь Карин Жан-Пьер, не устающая повторять, что президент США находится в самом расцвете сил.
Так у нее служба такая бы вы хотели, чтоб она говорила?И зрелище, конечно, печальное.
Многим доводилось видеть, как близкий человек, еще недавно бывший крепким и бодрым, на глазах превращается в руину.
И на ногах не стоит, и несет невесть что. Мечтающим о сверхъестественном долголетии стоит помнить, что мафусаиловы веки и такими бывают.Но дело не в одной скорбной судьбе Байдена.
Тем более что сегодня много и даже слишком много высокопоставленных западных политиков — взять хоть воздушную гимнастку Анналену Бербок (по совместительству главу МИД ФРГ) — вызывают только один недоуменный вопрос: «Что это?"Высокая цена победы над Россией: НАТО вошла в режим самоуничтоженияНе в том смысле, что они нам неприятны и даже прямо враждебны.
Политик не червонец, чтобы нравиться всем. А в том, что интеллектуальные, профессиональные, etc. качества находятся совсем уже ниже плинтуса. «Как же он служил в очистке?» — принято спрашивать у нас в таких случаях.
И обрушивается работавшее около века, если не больше, оправдание демократии: мол, у нас, в России, в достижении высоких постов работают всякие малопонятные и даже малоприличные механизмы, тогда как на демократическом Западе — совсем иное дело.
Там при наличии свободной политической конкуренции соревнуются таланты.У кого талантов (и опыта, и знаний, и умения обращаться с людьми) больше, тот и побеждает. Естественный отбор.
Причем не отрицательный, как у нас, а, напротив, положительный.Тогда как сегодня при взгляде на евроамериканский политикум утверждать, что механизм отбора действует и действует превосходно, получается с очень большим трудом и даже вовсе не получается.
А ведь в годы перестройки и даже потом, когда преподаватели научного коммунизма стали знатными политологами, реклама соревнующихся талантов заходила на ура.
Но все не вечно.И теперь для объяснения феномена Байдена, Анналены, etc. приходится пускать в действие второй эшелон обороны.Бить или не бить: на кону применение ядерного оружияРаньше предполагалось, что политик побеждает в борьбе за власть, так как он особенно богато наделен способностями.
То есть его личностные свойства очень много значили.Собственно, по инерции это предположение действует и теперь: рекламный предвыборный плакат представляет кандидата, который и умен, и пригож, и на всякое дело горазд.
Но потом, когда победивший политик становится у кормила власти и начинаются вопросы «что это?», следует ответ: «Да ничего».Как учат передовые политические мыслители, дело не в личности, а в институтах.
Если функционирование институтов (разного уровня и разной природы) идет нормально, то государственная машина работает на автопилоте, а личности первых лиц не имеют значения.В том и гениальность американской демократии, что президентом США может быть хоть кобель рябый.
Или его место может вообще пустовать — ничего не изменится.Правда, Дональд Трамп во время своего пребывания в Белом доме находил такой порядок отнюдь не гениально устроенным, но совсем наоборот.
Он рассуждал о «глубинном государстве» и «вашингтонском болоте» — так он называл силу институтов — и обещал: «Мы это дело поломаем».Но не поломал и теперь ожидает судебного процесса, где ему светит до 400 лет тюрьмы. Если будет даже и меньше — всего лишь 100, то все равно очень много.
Глубинное государство может за себя постоять, и если дело дойдет до серьезного, то свойства стираемой в порошок личности не имеют никакого значения. С институтами не шутят.
В Китае не отмечают юбилей Си ЦзиньпинаПри такой модели властвования и вправду качество политических фигур не принципиально.
Что мы и наблюдаем.
Если придерживаться философии крайнего политического прагматизма — It works, то есть «пока что работает, и чего вам еще нужно?» — то действительно не нужно ничего.
Глубинное государство властвует, а на всяких Байденов, Шольцев, Трюдо с их порой удивительными качествами просто не нужно обращать внимания.
В глубинном государстве — если оно, конечно, существует — знают лучше.А если не существует (есть и такой вариант), то просто все идет как идет. Порой идет постыдно — так ничего, перетопчитесь.
Можно принять и такой прагматичный подход: «Чай, не дворяне».Но тогда непонятно, зачем вообще нужна представительная демократия, кандидаты, выборы, etc. Стоит дорого, а в результате получается Байден с Анналеной.
А уж продавать такую модель на экспорт — кто же ее купит?Так заканчивается поначалу легкое и удобное «кого захотим, того и поставим».
сарчашма:sputniknews.ru
Комментарии (0)