Трамп будет поддерживать курс рубля изо всех сил

Курс рубля снова под давлением негативного информационного фона, источник которого находится в США. На этот раз дело не в санкционных или политических рисках, а в том, что в США снова включается так называемый долларовый пылесос, который создает проблемы не только для рубля, но вообще для всех развивающихся рынков. Для понимания контекста достаточно посмотреть на заголовки этой недели: «На рынке госдолга США вспыхнул сигнал тревоги для рубля», «Рубль упал до минимума за месяц под натиском продавцов госдолга», «Минфин Российской Федерации признал несостоявшимся аукцион по размещению облигаций федерального займа» и так далее.

Так как волатильность рынка российского госдолга (и опосредованно валютного рынка) вполне может продолжаться еще некоторое время и привлекать внимание СМИ, экспертного сообщества и широкой аудитории, есть смысл поговорить о том, как взаимосвязаны российский и американский рынки государственного долга (то есть государственных облигаций) и как эта взаимосвязь влияет на рубль.

В упрощенном изложении ситуация выглядит следующим образом: на фоне низких процентных ставок по облигациям в США (а также в еврозоне и Японии) облигации российского федерального займа выглядят крайне привлекательно для американских и европейских инвесторов. Российские облигации в этом смысле не являются каким-то уникальным явлением, а скорее — частным примером привлекательности облигаций многих развивающихся рынков.

В качестве известного (но далеко не единственного) примера последствий этой привлекательности российских государственных облигаций можно вспомнить скандал, который разразился в США после того, как выяснилось, что государственный пенсионный фонд штата Калифорния инвестировал в российские облигации как раз в момент максимальной антироссийской истерики вокруг мифического «вмешательства Кремля в выборы».

У популярности российских облигаций (и не только российских, а всех облигаций развивающихся рынков с высокой доходностью) есть важные валютные последствия: для того чтобы условный американский или европейский пенсионный фонд или частный инвестор купил такие облигации, ему нужно обменять доллары или евро на соответствующую валюту, в данном случае — на российский рубль.

Если таких инвесторов набирается достаточно много (а иностранцев среди владельцев российских государственных облигаций около 30 процентов), то созданный ими спрос на рубль (или на другие валюты развивающихся экономик) становится фактором поддержки курса.Соответственно, когда доходность американских государственных облигаций растет (это обычно связано с повышением долларовых процентных ставок Федрезервом США), то происходит обратный процесс, который можно назвать «долларовый пылесос»: инвесторы массово продают свои российские, бразильские или польские облигации, покупают доллары и вкладывают их в американские облигации, которые воспринимаются как надежные инвестиции, у которых к тому же отсутствует валютный риск.

Когда «долларовый пылесос» включается, то обратное движение инвесторов приводит к тому, что курс доллара по отношению к валютам развивающихся стран (включая рубль) начинает расти. В теории, если совсем большая часть облигаций какой-то страны принадлежит иностранцам, которые соблазнятся повышенной доходностью американских трежерис, то может начаться цепная реакция продаж этих облигаций с чувствительными последствиями для курса валюты этой страны к доллару.

Но это не случай России.

За последние несколько дней на российском рынке облигаций и в гораздо меньшей степени на валютном рынке можно было заметить последствия того, что доходность по американским государственным облигациям начала расти. Это привело к тому, что часть инвесторов переориентировалась с развивающихся рынков на покупку именно американских долговых инструментов.


Источник: ria.ru