Тишина в Кремле. Реакция Москвы на потрясения в Иране и Венесуэле
Повестка дня публичной встречи Путина с Мантуровым 12 января включала вопросы развития российской промышленности, а также ослабленную космическую отрасль страны.
Можно было бы подумать, что дестабилизирующие процессы, касающиеся союзников, вызовут более решительную реакцию Москвы. Кремль лелеял эти отношения в течение многих лет, если не десятилетий. С одной стороны, у этого были экономические и военные причины, с другой, это делалось в контексте противостояния Соединенным Штатам.
На протяжении многих лет Москва также резко критиковала так называемые цветные революции – антиправительственные демонстрации, которые, по утверждению Кремля, являются лишь спровоцированными США попытками расшатать дружественные Москве правительства. Отчасти по этой причине недостаточно громкие публичные заявления российских официальных лиц, не говоря уже о молчании Путина по поводу событий в Венесуэле и Иране, вызвали удивление у наблюдателей за пределами России.
Россия ничего не может сделать для того, чтобы как-то сдержать Вашингтон
"Россияне должны высказаться по этим вопросам, то есть [министерство иностранных дел] вероятно скажет что-то в своем стиле и с порцией критики, но в целом российская [политическая] система не хочет слишком открыто критиковать Соединенные Штаты, поэтому Кремль и Путин хранят полное молчание", – говорит Ханна Нотте, директор евразийской программы в области нераспространения в Центре исследований в области нераспространения им. Джеймса Мартина.
"Нынешняя администрация Соединенных Штатов своими безнаказанными действиями довольно эффективна, она преследует собственные интересы, в том числе с помощью военных средств, и ей все сходит с рук. Это выставляет Россию в слабом свете, – считает Нотте. – Я думаю, что Россия действительно ничего не может сделать для того, чтобы изменить направление действий США или как-то сдержать Вашингтон. И в такой ситуации [не имеет значения], что скажет Владимир Путин. Поэтому он ничего не говорит".
"Я бы не сказала, что они молчат, – говорит Николь Граевски, эксперт по Ближнему Востоку и доцент парижского Института политических исследований Sciences Po. – Скорее я думаю, что может быть мы просто не видим того, что они делают за кулисами, особенно в Иране".
Востоковед Руслан Сулейманов в интервью телеканалу Настоящее Время сказал, что отсутствие гневного осуждения касательно происходящего в Иране, Венесуэле или, как это было в прошлом, когда был свергнут сирийский лидер Башар аль-Асад, отражает главный приоритет Москвы в эти дни – Украина: "Кремль, очевидно, сейчас озабочен совершенно другими проблемами, – говорит Сулейманов, сотрудник Центра новых евразийских стратегий. – Для Путина захват еще одной деревни в Украине гораздо важнее, чем спасение режима Асада, если говорить о том, что происходило ранее, а сейчас – Мадуро в Венесуэле, или тем более аятоллы Али Хаменеи в Иране".
Можно было бы подумать, что дестабилизирующие процессы, касающиеся союзников, вызовут более решительную реакцию Москвы. Кремль лелеял эти отношения в течение многих лет, если не десятилетий. С одной стороны, у этого были экономические и военные причины, с другой, это делалось в контексте противостояния Соединенным Штатам.
На протяжении многих лет Москва также резко критиковала так называемые цветные революции – антиправительственные демонстрации, которые, по утверждению Кремля, являются лишь спровоцированными США попытками расшатать дружественные Москве правительства. Отчасти по этой причине недостаточно громкие публичные заявления российских официальных лиц, не говоря уже о молчании Путина по поводу событий в Венесуэле и Иране, вызвали удивление у наблюдателей за пределами России.
Россия ничего не может сделать для того, чтобы как-то сдержать Вашингтон
"Россияне должны высказаться по этим вопросам, то есть [министерство иностранных дел] вероятно скажет что-то в своем стиле и с порцией критики, но в целом российская [политическая] система не хочет слишком открыто критиковать Соединенные Штаты, поэтому Кремль и Путин хранят полное молчание", – говорит Ханна Нотте, директор евразийской программы в области нераспространения в Центре исследований в области нераспространения им. Джеймса Мартина.
"Нынешняя администрация Соединенных Штатов своими безнаказанными действиями довольно эффективна, она преследует собственные интересы, в том числе с помощью военных средств, и ей все сходит с рук. Это выставляет Россию в слабом свете, – считает Нотте. – Я думаю, что Россия действительно ничего не может сделать для того, чтобы изменить направление действий США или как-то сдержать Вашингтон. И в такой ситуации [не имеет значения], что скажет Владимир Путин. Поэтому он ничего не говорит".
"Я бы не сказала, что они молчат, – говорит Николь Граевски, эксперт по Ближнему Востоку и доцент парижского Института политических исследований Sciences Po. – Скорее я думаю, что может быть мы просто не видим того, что они делают за кулисами, особенно в Иране".
Востоковед Руслан Сулейманов в интервью телеканалу Настоящее Время сказал, что отсутствие гневного осуждения касательно происходящего в Иране, Венесуэле или, как это было в прошлом, когда был свергнут сирийский лидер Башар аль-Асад, отражает главный приоритет Москвы в эти дни – Украина: "Кремль, очевидно, сейчас озабочен совершенно другими проблемами, – говорит Сулейманов, сотрудник Центра новых евразийских стратегий. – Для Путина захват еще одной деревни в Украине гораздо важнее, чем спасение режима Асада, если говорить о том, что происходило ранее, а сейчас – Мадуро в Венесуэле, или тем более аятоллы Али Хаменеи в Иране".
Комментарии (0)